Александр Сергеевич Пушкин Цыганы Цыганы шумною толпой По Бессарабии кочуют. Они сегодня над рекой

Читать полностью или распечатать откроется в новом окне Просмотров Цыганы шумною толпой По Бессарабии кочуют. Они сегодня над рекой В шатрах изодранных ночуют. Как вольность, весел их ночлег И мирный сон под небесами; Между колесами телег, Полузавешанных коврами, Горит огонь; семья кругом Готовит ужин; в чистом поле Пасутся кони; за шатром Ручной медведь лежит на воле. Все живо посреди степей: Заботы мирные семей, Готовых с утром в путь недальний, И песни жен, и крик детей, И звон походной наковальни. Но вот на табор кочевой Нисходит сонное молчанье, И слышно в тишине степной Лишь лай собак да коней ржанье.

Поэмы » Руслан и Людмила » Посвящение

У нас вы можете бесплатно скачать произведения по классической литературе в удобном файле-архиве, далее его можно распаковать и читать в любом текстовом редакторе, как на компьютере, так и на любом гаджете или"читалке". Мы собрали лучших писателей русской классической литературы, таких как:

Мы видели его в подвиге и борьбе, в борьбе неустанной, для миpa тихо сиял неизреченный свет благодати Божией, согревая все его . Макарий и сам был поражен чудом и отвечал: «Не знаю, чадо, но и меня объемлет страх.

Он без забот в сожаленья Ведет кочующие дни. Всё тот же он; семья всё та же; Он, прежних лет не помня даже, К бытью цыганскому привык. Он любит их ночлегов сени, И упоенье вечной лени, И бедный, звучный их язык. Медведь, беглец родной берлоги, В селеньях, вдоль степной дороги, Близ молдаванского двора И тяжко пляшет, и ревет, И цепь докучную грызет; Старик лениво в бубны бьет, Алеко с пеньем зверя водит, Земфира поселян обходит И дань их вольную берет.

Настанет ночь; они все трое Варят нежатое пшено; Старик уснул — и всё в покое В шатре и тихо и темно. Старик на вешнем солнце греет Уж остывающую кровь; У люльки дочь поет любовь. Алеко внемлет и бледнеет.

Он без забот в сожаленья Ведет кочующие дни. Всё тот же он; семья всё та же; Он, прежних лет не помня даже, К бытью цыганскому привык. Он любит их ночлегов сени, И упоенье вечной лени, И бедный, звучный их язык. Медведь, беглец родной берлоги, В селеньях, вдоль степной дороги, Близ молдаванского двора И тяжко пляшет, и ревет, И цепь докучную грызет; Старик лениво в бубны бьет, Алеко с пеньем зверя водит, Земфира поселян обходит И дань их вольную берет. Настанет ночь; они все трое Варят нежатое пшено; Старик уснул — и всё в покое… В шатре и тихо и темно.

Также у Пушкина с предчувствием может быть связан страх: «Все тихо - страх его объемлет - / Могила на краю дороги / Вдали белеет перед ним .

Поэмы Цыганы Алеко спит: Он с трепетом привстал и внемлет Всё тихо - страх его объемлет - По нем текут и жар и хлад, Встает он, из шатра выходит, Вокруг телег ужасен бродит; Спокойно всё; поля молчат; Темно; луна зашла в туманы, Чуть брежжет звезд неверный свет, Чуть по росе приметный след Ведет за дальные курганы: Нетерпеливо он идет, Куда зловещий след ведет. Могила на краю дороги Вдали белеет перед ним Туда слабеющие ноги Влачит, предчувствием томим - Дрожат уста, дрожат колени, Идет Вдруг видит близкие две тени И близкой шопот слышит он - Над обесславленной могилой.

Нет, нет, постой, дождемся дня. Как ты робко любишь! Если без меня Проснется муж?.. Мой друг, беги, беги

Поэмы - Цыганы

. :

принципов реализма, недрах начинает складываться но вая система художественного .. Все тихо — страх его объемлет —. По нем текут и жар и .

Он с трепетом привстал и внемлет Все тихо - страх его объемлет, По нем текут и жар и хлад; Встает он, из шатра выходит, Вокруг телег, ужасен, бродит; Темно; луна зашла в туманы, Чуть брезжит звезд неверный свет, Чуть по росе приметный след Ведет за дальные курганы:

Сочинение «Драматизированная поэма Пушкина «Цыганы»»

Он был в Коломне по соседству В одну лифляндочку. Она Жила в домишке, по наследству Доставшемся недавно ей От дяди Франца. Но от мещанской родословной Я вас избавлю - и займусь Моею повестью любовной, С.

Все тихо: страх его объемлет, По нем текут и жар и хлад ; Встает он, из шатра выходит, Вокруг телег, ужасен, бродит: Спокойно все; поля молчат;.

. , . : , , , . ,". , , .

Цыганы (поэма — Пушкин)

В пустынях не спаслись от бед, И всюду страсти роковые, И от судеб защиты нет. Примечания Написано в г. В образе Алеко выражены чувства и мысли самого автора. Недаром Пушкин дал ему свое собственное имя Александр , а в эпилоге подчеркнул, что и сам он, как и его герой, жил в цыганском таборе. Своего героя, романтического изгнанника, бежавшего, как и Кавказский пленник, в поисках свободы от культурного общества, где царит рабство, физическое и моральное, Пушкин помещает в среду, где нет ни законов, ни принуждения, никаких взаимных обязательств.

Но Пушкину надо было создать своему герою такую обстановку, в которой он мог бы полностью удовлетворить свое страстное желание абсолютной, ничем не ограниченной свободы.

Тоскуя, плакала Земфира, И я заплакал - с этих пор Постыли мне все девы мира; Все тихо - страх его объемлет, По нем текут и жар и хлад; Встает он, .

Тем разительнее полная противоположность их реакций: Конечно, старый цыган - отец, а Алеко - муж, но в данном случае это не имеет существенного значения, ибо читатель уже знает из рассказа самого старого цыгана в восьмом отрывке , что с глубокой печалью, но без всякой злобы он пережил и совершенно аналогичную ситуацию: В то же время параллельные и вместе с тем глубоко контрастные начало и конец поэмы замечательно соотносятся, находятся в непосредственной органической связи с ее общим замыслом - с ее основной идейной концепцией.

В зачине поэмы одинокий Алеко приходит в табор, в финале - табор уходит от Алеко, оказывающегося еще более - и на этот раз уже полностью по своей вине - мучительно и безнадежно одиноким. Если мы последовательно рассмотрим, как сложена и развертывается поэма, мы легко убедимся, что каждый ее отрывок непосредственно связан с предыдущим и последующим, а все они представляют собой единое сочлененное и логически обусловленное целое. Я подробно остановился на очень четком и точном гармоническом соответствии начала и конца поэмы, составляющем как бы ее периферию, окружность, линию ее внешнего обвода.

Пушкин А. Цыганы

Он хочет быть, как мы, цыганом; Его преследует закон, Но я ему подругой буду. Останься до утра Под сенью нашего шатра Или пробудь у нас и доле, Как ты захочешь. Я готов С тобой делить и хлеб и кров. Будь наш, привыкни к нашей доле, Бродящей бедности и воле; А завтра с утренней зарей В одной телеге мы поедем; Примись за промысел любой:

Друзья мои, вы все слыхали, Как бесу в древни Их тихий сон, их тихий плен ; . Боязнь объемлет Черномора; В досаде Его томит невольный страх;.

Избушка там на курьих ножках Стоит без окон, без дверей; Там лес и дол видений полны; Там о заре прихлынут волны На брег песчаный и пустой, И тридцать витязей прекрасных Чредой из вод выходят ясных, И с ними дядька их морской; Там королевич мимоходом Там в облаках перед народом Через леса, через моря В темнице там царевна тужит, А бурый волк ей верно служит; Там ступа с Бабою Ягой Идет, бредет сама собой; Там царь Кащей над златом чахнет; Там русской дух И там я был, и мед я пил; У моря видел дуб зеленый; Под ним сидел, и кот ученый Свои мне сказки говорил.

Александр Сергеевич Пушкин

Одним из проявлений этого исследовательского направления является изучение слов со значением элементов психической жизни человека — эмоциональных состояний и переживаний, настроений, ощущений, желаний и пр. До недавнего времени внутренний мир человека занимал психиатров , философов, поэтов, но в меньшей степени интересовал лингвистов.

Интерес к группе слов, обозначающих эмоции, намечается еще в работах таких видных отечественных языковедов, как ,. Приблизительно с х годов ХХ века, с возникновением современной лингвистической семантики, появляются первые попытки системного лексикографического описания эмоциональной лексики.

Уныло жизнь его текла. В пустыне Мира. . Всё тихо вдруг услышал он. Давно знакомой лютни звон; И чудный страх ее объемлет. Она как смерть .

Они сегодня над рекой В шатрах изодранных ночуют. Как вольность, весел их ночлег И мирный сон под небесами. Между колесами телег, Полузавешанных коврами, Горит огонь; семья кругом Готовит ужин; в чистом поле Пасутся кони; за шатром Ручной медведь лежит на воле. Всё живо посреди степей: Заботы мирные семей, Готовых с утром в путь недальний, И песни жен, и крик детей, И звон походной наковальни.

Но вот на табор кочевой Нисходит сонное молчанье, И слышно в тишине степной Лишь лай собак да коней ржанье. Огни везде погашены, Спокойно всё, луна сияет Одна с небесной вышины И тихий табор озаряет. В шатре одном старик не спит; Он перед углями сидит, Согретый их последним жаром, И в поле дальное глядит, Ночным подернутое паром. Его молоденькая дочь Пошла гулять в пустынном поле.

Она привыкла к резвой воле, Она придет: За нею следом По степи юноша спешит; Цыгану вовсе он неведом. Он хочет быть, как мы, цыганом; Его преследует закон, Но я ему подругой буду. Останься до утра Под сенью нашего шатра Или пробудь у нас и доле, Как ты захочешь. Я готов С тобой делить и хлеб и кров.

Как в тихий вечер, на исходе дня.

Жизнь вне страха не только возможна, а совершенно достижима! Узнай как избавиться от страхов, кликни здесь!